— Ты же просто бухгалтер, что ты понимаешь в настоящих деньгах, — Геннадий отодвинул тарелку с недоеденной котлетой и откинулся на спинку стула с видом человека, который только что произнёс что-то невероятно остроумное. Тамара положила вилку. Аккуратно, параллельно ножу, как делала всегда. Двадцать шесть лет она клала вилку именно так, и двадцать шесть лет Геннадий этого не замечал. — Я серьёзно, Тома. Давай я сам разберусь с этим кредитом. У тебя там свои дебеты-кредиты на работе, а тут семья, тут другой масштаб...