Незнакомца они нашли в тот день, когда шли проверять силки. Сокол привычно сидел на её плече, щекотал щеку своими перьями. Они шли вдоль болота, чтобы сократить путь, хотя Леся не любила там ходить. Она ступала мягко, ставя ногу с пятки на носок, стараясь удерживать равновесие. Мох здесь был глубокий, изумрудно-зелёный, и под ним предательски чавкала вода. Внезапно сокол напрягся. Когти его чуть сильнее сжали плечо, и Леся тут же остановилась, прислушиваясь. Тишина. Но не та тишина, что бывает в спокойный полдень, когда всё живое прячется от жары...

Когда старушка ушла, Андрей Петрович, налив кружку тёплой воды из чайника, пододвинул Татьяне. — Пей, голубушка, пей мелкими глотками и дыши. У нас с тобой ещё дел впереди немерено. Зима на подходе, к ней готовиться надо. Завтра в район поеду, муки возьмем, сахару, угольку на станции спрошу. Заживем, Танюша. Он сел напротив, и в этот момент лучик осеннего солнца, пробив серую тучу, заглянув в чисто вымытое окошко, упал прямо на клеенку стола, высвечивая золотистым светом пылинки в воздухе. Татьяна...