На кухне что-то стукнуло. Я прошла по коридору, не снимая обуви. Каблуки цокали по паркету, который мама натирала мастикой каждую субботу, пока ноги держали. Он стоял у окна и пил молоко из горла. Мой брат. Свёкор называл таких «с иголочки, а без ниточки»: джинсы узкие, футболка белая, на запястье браслет, который стоит больше, чем я трачу на еду за месяц. Лицо спокойное, как у человека, который пришёл за своим. — Это моя квартира, — сказал он, опуская пакет. — И неважно, что её тебе по наследству отписали...