— Оформляй квартиру на меня. Сегодня же. Я это заслужила, а ты — нет, — сказала свекровь так буднично, будто просила передать соль. Алла даже не сразу поняла, что услышала. У нее в руке застыла кружка, чай успел остыть, и этот нелепый холод вдруг стал единственным понятным в комнате. — Вы… простите, что? — голос у Аллы вышел ровным, почти учительским. Она сама удивилась этой ровности. Свекровь — Людмила Петровна — сидела в кресле, выпрямив спину, будто на собрании жильцов. На коленях — сумка, замок повернут наружу...