Утро в нашей квартире начиналось одинаково: тёплый запах подгоревшей манной каши, шорох старой вытяжки на кухне и негромкое ворчание Галины Ивановны, моей свекрови. Будильник я уже давно не заводила: меня поднимал сын. Он просыпался где‑то в районе шести, а мне казалось, что я только на минуту прикрыла глаза после ночных его всхлипов и своих бесконечных мыслей. Я вставала осторожно, чтобы не разбудить Сашу. Он спал крепко, уткнувшись лицом в подушку, и лишь иногда сонно отмахивался, когда я проходила мимо кровати...