— Кто там плачет? Степан, слышишь? В такую непогоду кто-то плачет! — Наверное, ветер воет, Катюша. Какой плач в такую ночь... Я выскочила на крыльцо, не накинув платка. Октябрьский дождь хлестал по лицу, а я всё вглядывалась в темноту. И вдруг — снова этот звук. Не ветер, нет. Человеческий плач, тонкий такой, беззащитный. У нижней ступеньки лежал узел, перевязанный старым шарфом. Внутри — ребёнок, мальчик лет трех. Глаза широко открыты, но взгляд — в никуда. Он не моргал, когда я поднесла ладонь к его лицу...