Как я уже упоминала, училась я когда-то на переводческом. И очень я удивлялась, что мои одногруппницы ничего не знают, но все чрезвычайно гламурные. Была там девушка, она всегда приходила на сессии с идеально выполненными домашними заданиями. Даже текст пересказов был аккуратно записан. Но, самое парадоксальное, когда она начинала все это озвучивать… это был уже не английский, а что-то среднее между языком племени Мумбо-Юмбо и выкриками бабуинов в брачный период. Например, однажды она раз 5 пыталась произнести слово humanity (приблизительно звучит «хйумэнити»)...

Дарья устроилась в небольшое кафе возле учебного корпуса через месяц после переезда. Сначала она честно пыталась жить на стипендию и те деньги, которые отец тайком переводил ей по пятницам, подписывая сообщение одинаково: «На молоко». Но город быстро объяснил ей разницу между мечтой и жизнью. Проезд, распечатки, тетради, порошок для стирки, обеды, которые не всегда получалось заменить булкой из буфета, — всё требовало денег, и к середине месяца кошелёк становился таким лёгким, что Дарья старалась лишний раз его не открывать...