Катя обнаружила это в субботу утром. Вася уехал на рыбалку с братом — с пятницы вечера, должен вернуться к воскресному обеду. Катя была одна. Решила наконец разобрать ящик стола — давно собиралась, там накопилось всякого. Ящик — правый, нижний. Она его почти никогда не открывала. Там лежали старые квитанции, какие-то бумаги, ручки без колпачков. И — книга. Старая записная книжка — в синей обложке, Катя купила её лет двенадцать назад ещё. В ней она вела учёт. Открыла. Столбиком — даты и суммы. Январь — пятьсот...

— А ты думал, я буду молча спонсировать твои понты? — Ну что, Толя, оцени ласточку! Голос мужа раздавался с улицы так громко, что Нике даже не нужно было открывать окно на кухне. Она стояла у плиты, помешивая тушеную картошку, и безрадостно слушала этот спектакль. — Ого, Боря, — донесся снисходительный бас Анатолия. — Литье новое поставил? Недешевое удовольствие по нынешним временам. — Для себя не жалко! — бахвалился Борис. — Безопасность семьи превыше всего. Да и вид сразу другой, согласись? Солидный...