Игорь поставил условие вечером, за ужином, между вторым куском мяса и чаем. «Рекс поедет на дачу. В будку. Он старый, от него пахнет, шерсть по всей квартире. Ему там будет лучше, свежий воздух, воля». Сказал спокойно, как о чём-то давно решённом. Будто речь шла о старом кресле, которое пора вынести на балкон. Рекс лежал у батареи на своём вытертом коврике и смотрел на меня. Мутными от катаракты глазами. Пятнадцать лет собаке. Для дворняги его размера это глубокая старость. Он уже плохо слышит, задние лапы подгибаются, и по ночам он тихонько поскуливает во сне...