— Ну что, машину, значит, решили покупать? Опять Леру дразнишь? Людмила Петровна стояла на пороге — в осеннем пальто, с поджатыми губами и тем самым выражением лица, которое Ксения за годы научилась узнавать мгновенно. Выражение это означало: приговор уже вынесен, осталось лишь зачитать. — Людмила Петровна, проходите, — сказала она ровным голосом. — Максим ещё на работе. Свекровь не двинулась с места. — Я спрашиваю: вы машину берёте? — Мы давно копили… — Копили они. А Лера что должна чувствовать? Она в декрете сидит, копейки считает, а вы тут на машинах разъезжаете...