– Я же не спорю, документы оформлены на тебя, – начала свекровь с лёгкой улыбкой, в которой сквозило снисхождение. – Но ведь это дом и моего сына тоже. А я – его мать. Разве я не имею права немного помочь? Всё-таки опыт есть, жизнь прожита. Жанна стояла посреди комнаты, скрестив руки на груди, и смотрела прямо на свекровь, которая только что с лёгким недовольством отодвинула вазу с цветами на журнальном столике, словно та стояла не на своём месте. Валентина Петровна медленно повернулась, подняв брови в привычной манере человека, привыкшего к тому, что его слова редко оспаривают...