Я понял, что выгорел, в тот момент, когда перестал злиться. Раньше я раздражался красиво. На очередь, на «мы только спросить», на «а в интернете написано», на людей, которые приходят лечить кота, а лечить хотят друг друга. Раздражение хотя бы держало меня живым, как батарейка на остатках. А потом наступил этап, когда я стал ровным. Слишком ровным. Как будто внутри меня кто-то аккуратно выключил звук. Я делал всё правильно: принимал, записывал, объяснял, улыбался, мыл руки до скрипа, закрывал смену, открывал следующую...