В четверг, ровно в девятнадцать сорок, я, Марина Владимировна Орлова, сорок пять лет, старший корректор в издательстве «Слово», вышла на свой балкон с чашкой остывающего чая. Вечер выдался тягучим, как густой сироп. Сентябрьское небо затянуло серой пеленой, и в воздухе пахло сырой листвой и мокрым асфальтом. Я жила в этом доме двенадцать лет и давно привыкла к его звукам: вот слева зажигается свет у Ивановых, вот хлопает дверь подъезда, вот собака из квартиры снизу начинает свой вечерний лай. Всё это было привычной партитурой, которую я знала наизусть...