Соловьёв: Даня Милохин такую херню несет!
– Как… вы могли… подумать такое?! – спрашивает Тишкина. Мне вдруг становится стыдно. Правда: одни косвенные и не улики даже, а невесть что
Глава 22 Лучший способ отвлечься от тревожных мыслей, как известно, – работа. Иду проведать, как там восьмилетний Герман. Но стоит мне войти в палату, как мальчик начинает съёживаться от страха. Вцепившись пальчиками в простыню, кричит, обращаясь к медсестре: – Что это у неё? Зачем ей папка? Что она со мной сделает?! – Успокойся, никто с тобой ничего не сделает, – пытаюсь его привести в чувство. – Пусть она меня не трогает! Не трогай меня! – у мальчика почти истерика, и медсестре приходится его обнять и прижать к себе...