«Ты бы хоть тряпку в руки взяла, хозяйка картонная! — голос Зинаиды Львовны звучал по всей квартире. — Возомнила о себе невесть что, а на шкафах пыль — слоем в палец толщиной. Живешь на всем готовом в квартире моего сына — могла бы и убираться получше». Ее лицо, напоминавшее пересушенную на солнце курагу, скривилось в гримасе праведного гнева. Стоя посреди гостиной, уперев руки в бока, она походила на свирепого инспектора санэпидстанции, только что обнаружившего мышку. Даша молча наблюдала за этим театральным представлением, прислонившись плечом к дверному косяку...