Земля на могиле была еще рыхлой. Венок из искусственных цветов, дешевый, с блестящей лентой, косо торчал в замерзшем комке глины, и ветер трепал его так, будто хотел сдуть совсем. Лена молча стояла у могилы матери и думала не о маме. Она думала о том, что похороны обошлись в пять тысяч рублей, которых у нее не было. Что за квартиру накопилось еще шесть тысяч долга, что в ноябре отключат отопление, если не заплатить. Мысли были острые, конкретные, как занозы, и именно это не давало разреветься. Ей было двадцать шесть лет...