«Вы уверены?», - спросил следователь, который не спешил записывать ответ на вопрос. «Уверен, конечно», - ответил Андрей, - «Да, это был не он». Следователь еще раз подвел молодого человека к окну, в которое можно было посмотреть только с одной стороны. С противоположной через него ничего не было видно, и человек, стоявший посередине, между двумя статистами, не видел происходящего. Как вы поняли, это было опознание И следователь был недоволен тем, что Андрей, который был свидетелем по делу, не смог указать на главного подозреваемого...

«Никто и не заметит, что это не кровный его ребенок», — писала она брату, единственному, кому могла доверить свою тайну. Младенец в колыбели мирно спал, господин ротмистр Шеншин был на службе, а Елизавета Петровна впервые чувствовала себя счастливой. И только немного терзали ее угрызения совести о том, что бросила дочь и, наверное, никогда более ее не увидит. Раньше ее звали вовсе не Елизаветой Петровной, а Шарлоттой Карловной Беккер. Родилась она и провела свою юность в Дармштадте, а в восемнадцать лет выдана была замуж за чиновника городского суда Иоганна-Петера Фёта...