Я не знаю, сколько у меня времени. Никто не знает. Мне говорили: «Нина, тебе осталось 2-3 года». Это было два года назад.

Я теперь сплю с открытым окном и с лампой в изголовье. Жена, когда мы сошлись, спрашивала, зачем свет всю ночь. Я сказал: привычка. Она привыкла и больше не спрашивает. А тогда, в то лето, я жил один и чуть не задохнулся в собственной кровати. Вытащил меня оттуда родной брат, который весит сто тридцать кило и не боится ничего. Расскажу по порядку. Дом у нас старый, дедовский, я в нём вырос. В июле я затеял в горнице потолок: доски рассохлись, побелка сыпалась в кашу. Ободрал старую дранку, перестелил, побелил заново...