В то утро в моей калитке торчала записка. Сложенный вчетверо листок из тетради, мокрый по краю от росы, и на нём – одна строчка круглыми буквами: «Почему листя желтеют?» Без мягкого знака. «Листя». Я почти сорок лет проработала учителем русского, и рука сама потянулась к карандашу – исправить. А потом сообразила, что исправлять, вообще-то, некому. И спросить, откуда это взялось у меня в калитке, тоже некого. Мне шестьдесят семь. Живу одна, на краю села, в доме, где раньше было шумно, а теперь тикают только ходики да иногда вздрагивает холодильник – будто ему тоже одиноко...

Часть того, чем на грядках опрыскивают от фитофторы, подействовать на неё не может в принципе. Не потому, что подделка, — потому что рассчитана на грибы, а фитофтора грибом не является. Вторая часть действует. Но почти всегда опаздывает. Первое опрыскивание полагается делать в фазе всходов, за месяц-полтора до первого пятна. На огородах его делают по пятнам: появились — взяли опрыскиватель. Это не небрежность, а здравый смысл: не лить химию по здоровому кусту. Между двумя подходами лежит промежуток в трое-пятеро суток...