— Галя, ты же понимаешь, что ты теперь не одна? Значит, и деньги — не только твои. Галина Сергеевна стояла у кухонного окна, смотрела в тёмный двор и думала о том, что эту фразу её свекровь Зинаида Михайловна произнесла три года назад. На второй день после того, как они с Костей расписались. Не на свадьбе даже — за обычным ужином, между первым и вторым блюдом. Как будто между прочим. Как будто это само собой разумелось. Галина тогда промолчала. Она вообще много молчала первые годы — потому что так воспитали, потому что не хотела конфликтов, потому что думала, что всё само утрясётся...