Мой младший брат умел производить хорошее впечатление. Родня знала его веселым, щедрым и предприимчивым. О долгах он говорил только со мной, причем каждый разговор начинал с чего-то нового, а не со старых обещаний. За последние четыре года Сергей просил деньги на товар, ремонт машины, аренду склада и второй магазин. В первый раз он называл точную дату возврата. Потом сроки стали зависеть от поставщиков, сезона, клиентов и погоды. Первый заем выглядел разумно. Брат показал фотографии товара, договор аренды и расчеты...

В лавке за него говорил брат. – Ему верхонки, – сказал Никита. – Две пары. И гвоздей сотку, если есть. Продавец записал и поглядел мимо него, туда, где у порога стоял человек тридцати семи лет, в чистом ватнике, с деньгами в кулаке. – Арсений Гаврилыч, тебе которые? Тут две цены. Тот открыл рот. – Ему подешевле, – сказал Никита. – Он в смоле работает, ему хоть какие. Взяли подешевле и вышли. Так было всегда, и в посёлке этому не удивлялись, потому что помнили, с чего началось. Отец у них помер в семнадцатом, зимой...