Все началось не с крика, а с тишины. Тишины, которая стала гуще обычного. Маша, моя Маша, как будто постепенно отдалялась, растворялась в собственном мире. Мы жили, как два спутника на параллельных орбитах: завтраки, работа, редкие «как твой день?», сон. Я пытался говорить. «С тобой все в порядке?» — спрашивал я. «Все, просто устала», — отвечала она, глядя куда-то мимо моих глаз. Я списал на стресс на ее новой работе в архитектурном бюро. Она всегда мечтала о серьезных проектах, а тут выпал шанс — реконструкция старинной усадьбы под культурный центр...