Вот неудобная правда, которую философия XX века деликатно прятала под ковром академических конференций: никто никогда никого по-настоящему не понимал, не понимает и не поймёт — и весь наш разговор есть величественный, многотысячелетний обмен звуками без смысла. В 1953 году Людвиг Витгенштейн обронил фразу, от которой потом полвека отбивались целые поколения лингвистов: если бы лев умел говорить, мы бы его не поняли. И вот тут начинается самое весёлое — потому что подавляющее большинство читателей до сих пор уверены, что речь о словарном запасе зверя...