Я посмотрела на Геннадия. Вошёл он домой без цветов, без новостей и даже без обычного «здравствуй», зато с готовым распоряжением на мои девятьсот сорок тысяч. Он бросил ключи на тумбочку с таким звоном, будто принес в дом государственную награду, а не очередную финансовую дыру. Лицо супруга выражало ту высшую степень превосходства, какая бывает у людей, совершенно не умеющих зарабатывать, но виртуозно распоряжающихся чужим кошельком. — Закрой свой вклад и отдай деньги моей маме, — с порога скомандовал муж тоном барина, обращающегося к нерадивой прислуге...