– Ты опять за своё? – Аркадий даже не обернулся. Стоял у раковины, мыл яблоко, спокойно, размеренно, как будто я не про нас говорю, а про погоду. – Я не «за своё». Я говорю тебе: твоя сестра назвала меня дурой. При твоей маме. При детях соседских. Ты сидел рядом и ел борщ. Он откусил яблоко. Прожевал. – Зина такая. Ты знаешь. Не принимай близко. Зина такая. Мне эту фразу можно было вышить на подушке – столько раз я её слышала за девять лет. *** Мы с Аркадием расписались в две тысячи семнадцатом. Мне было тридцать два, ему – тридцать шесть...