Отца я почти не помню — он умер, когда мне было шесть. Умер просто: работал, работал, а потом лёг и не встал. Был тридцать четыре года от роду, выглядел на все шестьдесят. Мать говорила — сердце не выдержало. Сердце у него было доброе, а руки крепкие. Но от этого не умирают. Умирают от того, что спина не разгибается с весны до осени, а зимой — всё равно не отдых, потому что дрова рубить, печь топить, скотину кормить. И есть нечего. И так год за годом, без просвета. Нас было пятеро детей. Я — старшая...