Когда мы читаем о Гефсиманском саде, наш привычный образ всемогущего Христа словно сталкивается с чем-то непостижимым. Мы видим не триумфатора, а Того, Кто «начал скорбеть и тосковать». И кульминацией этой внутренней борьбы становится молитва, вырвавшаяся из глубины естества: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты». Часто, думая о послушании, мы представляем себе ровную дорогу без сомнений. Но Гефсимания разрушает этот миф. Агония (борьба) Христа показывает, что истинное послушание — это не бездумное «да», сказанное на эмоциональном подъеме...