Камера над воротами записала всего несколько секунд, и Михаил потом много раз прокручивал их назад. Тёмная машина остановилась у обочины, мужчина вывел чёрного лабрадора, пристегнул поводок к металлической стойке и уехал. Ничего необычного он не сделал — не оглядывался, не торопился, не тащил собаку силой. Именно поэтому запись и выглядела так неприятно: всё происходило буднично, будто человек оставил у ворот пакет, который ему больше не нужен. Самого пса Михаил увидел на рассвете, когда вышел из сторожки открывать въезд...

Жёлтый луч старого фонарика дрожал в руке Михаила, выхватывая из темноты ржавые стены контейнера. Он стоял на пороге и не мог заставить себя сделать шаг внутрь. В нос бил тяжёлый запах — сырость, прелая ткань, ржавчина и что-то ещё, сладковатое, тошнотворное, от чего к горлу подкатывала дурнота...