В советской истории есть сюжет, который на первый взгляд кажется нелогичным. Страна, где города переименовывали десятками — Тверь становилась Калининым, Самара — Куйбышевым, Екатеринбург — Свердловском, — так и не тронула собственной столицы. Москва осталась Москвой. Но это не значит, что попыток не было. Их насчитывают как минимум четыре, и за каждой стоит не столько идеология, сколько человеческие страсти: подхалимаж, ревность, страх и, как ни странно, здравый смысл самого Сталина. Начнём с 1927 года...