Николай Семенович всегда просыпался раньше дочери. В полумраке осеннего утра он стоял у окна с чашкой остывающего кофе и смотрел, как туман стекает с крыш соседних домов. Рыжий Тимоша тёрся о его ноги, мурлыкая свою неизменную утреннюю песню. Где-то в глубине квартиры сопела под одеялом двадцатитрехлетняя Катя — его солнце, его смысл, его тихая боль. Восемнадцать лет назад Елена собрала чемодан за один вечер. "Мне нужна настоящая любовь, Коля, ты поймешь когда-нибудь", — сказала она, не глядя в глаза пятилетней дочке, которая цеплялась за её юбку...