Компас пролежал в запертом ящике дедова бюро сорок восемь лет, и я чуть не отправила его в мешок для благотворительной свозки вместе со сломанными настольными лампами и стопкой довоенных журналов. Мама, Валентина Тихоновна, умерла в марте, в свои семьдесят пять – она родилась в тысяча девятьсот пятьдесят первом, я это знаю твёрдо, потому что каждый год в апреле мы вместе считали, сколько ей исполнилось. Мне в этом году исполнилось сорок семь: я тысяча девятьсот семьдесят девятого года рождения, и...