Хрустальный бокал с коллекционным бордо замер в паре сантиметров от губ Павла Петровича Шестакова. Его лицо, обычно гладкое и непроницаемое, как гранитный фасад его собственного банка, медленно наливалось багровым цветом. — Повтори, — тихо, почти ласково сказал он. Но этот тон в доме Шестаковых знали все. Так звучит затишье перед тем, как торнадо сносит крышу. Алина стояла посреди огромной гостиной, залитой мягким светом дизайнерских люстр, и изо всех сил старалась не дрожать. Она сжала кулаки так, что ногти впились в ладони...

Раннее утро в посёлке Берёзовый Лог дышало сыростью. Над огородами стелился белёсый туман, а в низинах, у речки, он стоял совсем плотный, словно забытое молоко. Матвей Сальников проснулся затемно, по давней...