Свекровь сказала это, когда я показала ей синяк на руке. Не от удара — от того, как муж схватил меня вчера за запястье. Сжал так, что пальцы побелели. Потому что я купила детям зимние куртки без его разрешения. — Подумаешь, схватил. Мой Толик и похуже делал. Терпела. И ничего, сорок лет прожили. Ничего. Сорок лет. Терпела. Я смотрела на неё — маленькую, сгорбленную женщину с потухшими глазами — и думала: это моё будущее? Через двадцать лет я тоже буду учить невестку терпеть? Мне сорок три. Зовут Надежда...