Осенью 1944 года по линии фронта прокатилась волна, о которой в Москве предпочли говорить шёпотом. Власовцы — солдаты так называемой Русской освободительной армии, те самые, кого пропаганда клеймила изменниками до последнего вздоха, — целыми группами переходили обратно к своим. Не единицы, не случайные дезертиры, а десятки и сотни человек, сдававшиеся с оружием, с документами, с историями о том, как их загоняли в немецкую форму силой голода и плена. Казалось бы, чистая победа: враг разваливается изнутри, идея коллаборационизма гниёт на глазах...