— Марин, ты только сразу не заводись, — муж заглянул на кухню и прислонился к косяку. — Мама звонила. В общем, нас тридцать первого будет чуть побольше. Я вытерла руки полотенцем и повернулась к Денису. На столе лежал блокнот со списком покупок: две утки, форель, шея на буженину, сыры. Мы перебрались в Нижний Новгород из Костромы уже зрелыми людьми, за восемь лет выплатили ипотеку за трёшку, сделали ремонт с большой кухней-гостиной — и на этом моя спокойная жизнь в декабре закончилась. Четвёртый...

— Нин, ты чего так долго? Через сорок минут гости. Печёнку давай в сметане, оладьи и пирог какой-нибудь, с капустой, что ли. Только быстро, ладно? Виктор стоял посреди прихожей, широко расставив ноги, в растянутой домашней майке, и смотрел на жену так, будто она опоздала на смену, а не вернулась с работы в обычный час. Нина Павловна ещё держала в руках две сумки. Из одной торчал пучок укропа, из другой выглядывала банка сметаны. Пальто на ней было застёгнуто на все пуговицы, шарф съехал набок, и...