Катя поступила в другом городе, и первые недели звонила каждый вечер. Потом всё реже: короткие голосовые, бодрое «всё нормально, мам, не теряй» – и тишина. Ирина растила дочь одна, гордилась ею на весь городок и больше всего боялась показаться навязчивой матерью, поэтому не давила, а додумывала. Соседка подсказывала своё: уехала, нашла там своих, стесняется простой матери. А когда Катя отказалась и от денег, и от посылки – «у меня всё есть», – Ирина впервые почувствовала, что чего-то не понимает...