Восьмидесятые годы в Советской армии были временем незыблемых, порой жестоких традиций. Негласный устав «дедовщины» работал как отлаженный конвейер: вчерашний «дух» становился «черпой», затем «черепом», «дедом» и, наконец, почти недосягаемым «дембелем». Но существовал период, когда привычная иерархия трещала по швам, а страх менял хозяина. Этот период назывался «местью черпаков». Кто такой «черпак»? В армейском сленге того времени — солдат со сроком службы от полугода до года. Он уже не был бесправным «духом» (первые полгода), но до статуса «деда» (полтора-два года) ему было еще далеко...