Кто бы мог подумать, что обычная коврига ржаного хлеба наделает в нашем Заречье столько шума. Все началось в тот день, когда меня уволили. Я пришла домой, села на табуретку у окна и стала думать, что делать дальше. Сын Денис со своей семьей давно осел в Москве. Звонил он раз в неделю, разговоры наши длились не больше трех минут. Я встала с табуретки, стянула шерстяную кофту и полезла в чулан. Там стояла старая небольшая дежа, стянутая потемневшими железными обручами. Я вытащила ее на свет и провела ладонью по шершавым дубовым клепкам...

Софья позвонила Роману из пустой переговорной. За стеклянной дверью Инна складывала в коробку папки и настольный календарь. Начальница отдела уже подписала заявление Софьи на три дня отпуска за свой счёт и предупредила охрану, что та временно не будет приходить в офис. По документам Софья оставалась сотрудницей. Для Романа она с сегодняшнего дня была безработной. — Меня рассчитали, — сказала она. — Отдел сокращают. Вещи уже собрала. На том конце перестали стучать клавиши. — Совсем закрывают? — Пока убрали троих...