- Вон! Ты уволена! Слышишь? Чтобы через пять минут твоего духа здесь не было! - Виктор Петрович орал так, что на массивном столе из темного дуба подпрыгивала дорогая перьевая ручка. Его лицо, обычно холеное и тщательно выбритое, сейчас пошло багровыми пятнами. Галстук от известного бренда слегка съехал набок, а в глазах метались молнии неприкрытой ярости. Он не просто злился - он упивался своей властью, смакуя каждое слово, как дорогое вино. Елена стояла напротив него, вцепившись побелевшими пальцами в край тонкой папки с отчетами...

- Вон отсюда, воровка! Чтобы духу твоего здесь через пять минут не было! - Голос Виктора Петровича, обычно вкрадчивый и бархатистый, сорвался на визг, от которого заложило уши. Елена Николаевна замерла с чашкой недопитого чая в руке...