— Боюсь проспать твой крик. — Я не кричу, — сказала Ангелина. — Я терплю. — Вот поэтому и боюсь. Когда терпят — это страшнее крика Третья неделя в Швейцарии выдалась тяжёлой. Ангелина почти не вставала с кровати. Химиотерапия высасывала силы, оставляя после себя только слабость, тошноту и пустоту. Волосы выпали почти полностью — остались только редкие бесцветные пушинки на макушке. Она не плакала. Она вообще перестала плакать после третьего сеанса. Только лежала, прижимая к себе Тишу, и слушала. Слушала, как капает капельница...