Каша пригорела. Нина стояла у плиты и смотрела, как бурая пенка поднимается над кастрюлей, но не шевелилась. За спиной хлопнула входная дверь. – Опять? – Геннадий бросил ключи на тумбочку так, что звякнуло на всю прихожую. – Ты что, уснула? На весь подъезд воняет. Нина выключила конфорку. Молча сняла кастрюлю и поставила в раковину. Горячее дно зашипело от воды. – Я с тобой разговариваю. – Он стоял в дверях кухни, ещё в куртке, и пальцем указывал на плиту. – Пятнадцать лет женаты, а ты до сих пор кашу сварить не можешь...