Представьте себе лицо девочки на пороге взросления, но в её глазах – не свет открывающегося мира, а глубокая, знающая тень. В её улыбке, если она и появляется, сквозит не беззаботность, а загадка, граничащая с угрозой. Она не жертва в классическом понимании, но и не палач. Она – воплощённая амбивалентность, живущая в сумеречной зоне между невинностью и опытом, между миром детской спальни и метафизическим ужасом, который вползает в неё из щелей реальности. Эта фигура – «сумрачная старлетка» – становится...