Мы все со школы знаем картинку: 862 год, славянские и финно-угорские племена, уставшие от междоусобиц, призывают варяга Рюрика со словами: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Придите княжить и володеть нами». И пошла династия Рюриковичей, и началась русская государственность. Стоп. А что же было до? Неужели огромные территории от Новгорода до Киева представляли собой политический вакуум, населенный лишь враждующими племенами? Историки и археологи уверены: нет. Давайте заглянем в туманную эпоху, которую кто-то назовет «догосударственной», а кто-то — «веком оболганных князей»...

Эх, российская история XVIII века — это вам не сухой учебник с датами, а настоящий закрученный триллер, где короны слетали с голов быстрее, чем осенние листья в Летнем саду. Когда юный император Пётр II, последний прямой потомок Романовых по мужской линии, внезапно скончался от оспы в день своей несостоявшейся свадьбы, страна буквально замерла. Наступила тишина, прерываемая лишь шушуканьем в кулуарах. И тут же в воздухе повис один-единственный, колючий, как январский мороз, вопрос: Кто правил после Петра II? Знаете, в те времена престолонаследие было той еще головоломкой. Пётр Алексеевич (который Второй) ушел, не оставив ни завещания, ни наследников...