В тот день я поехала за облепихой на дальнюю посадку, куда обычно никто не ходит. И там, под старой кривой сосной, сидел огромный алабай, привязанный толстой верёвкой к стволу. Он не лаял. Просто смотрел. Так смотрят собаки, которые уже всё поняли, но ещё надеются. Я остановилась метрах в десяти. Ноги стали ватные, ведро с облепихой поставила прямо в траву. Алабай был не молодой, морда седая, лапы толстые, как у медведя, и весь он был какой-то усталый, будто его тут держали не час и не два. Рядом валялась пластиковая миска...