Аня использовала университетскую библиотеку как убежище. Это был мир упорядоченного хаоса, где единственными звуками были мягкий шелест страниц, скрип ручек и отдалённый звук отодвигающихся стульев. Здесь, среди высоких полок с книгами, пахнущих пылью и мудростью, шумный, хаотичный мир постсоветской Москвы превращался в приглушённое гудение. Здесь она могла думать. Аня расположилась за своим обычным столом, крепостью из книг по русской литературе XIX века, когда впервые увидела его. Он был силуэтом у запотевшего от дождя окна...