Петра Савельича хоронили в сентябре, после уборки. Он сам так и говорил всю жизнь: умру — только после уборки, не раньше. Слово сдержал. Инфаркт прямо в кабине, трактор сам остановился у края поля — будто знал, где встать. Мы все пришли. Деревня у нас маленькая, Высокое, восемнадцать дворов, тут на похороны ходят все. Зиму я о нём не думал. В апреле, когда земля чуть подсохла, увидел трактор на поле. Петров «Беларус», синий, с примятым левым крылом — он его так и не выправил. Шёл ровными полосами, не спеша...