— Михаил Петрович, ты опять жрал наш творог? Он стоял в дверях кухни, держась за косяк. Голова раскалывалась так, что перед глазами всё плыло. Вика сидела за столом, ковыряла ложкой йогурт и смотрела на него, как на таракана. — Я... не трогал. Я вообще ничего не ел сегодня. — Врёшь. Вчера была целая пачка, а сегодня — смотри, половина. Это ты. Михаил Петрович сжал кулаки в карманах. Сорок лет за часовым станком — руки привычно дрожали, пальцы натруженные, искривлённые. В висках стучало так, что хотелось лечь и не двигаться...