В конце семидесятых Америка вдруг разучилась хотеть быстрые машины. Не то чтобы разлюбила — просто стало не до этого. Бензин подорожал, экология постучала в двери, а слово «мощность» стало звучать почти неприлично. Вчерашние короли хайвеев с их прожорливыми V8 внезапно оказались неуместными. И тогда автопром сделал странный ход: если нельзя продавать скорость — будем продавать ощущения. И иногда эти ощущения доходили до абсурда. К концу 1970-х у американских брендов премиум-сегмента остался один понятный козырь — комфорт...