Проснулся Савельев оттого, что ему показалось, будто в комнате кто-то есть. Он открыл глаза, уставился в темноту. Никого. Только сердце колотилось так, будто только что пробежал стометровку с полной выкладкой, потом снова пробежал и ещё раз для нового рекорда военного училища, которое окончил много лет назад. Во рту было сухо, как в степи в сентябре, когда даже трава перестаёт шелестеть, потому что нечем. Голова наполнилась низким, тупым гудением, как старый трансформатор. Где-то внутри тяжело ворочалось смутное, но очень настойчивое желание – раз и навсегда прекратить эти страдания...