Пётр стерпел, когда грязный сапог пнул его табуретку. Бывший егерь молча смотрел, как верзила осматривает углы ветхой хижины. Гость искал малейшую зацепку, чтобы навсегда выселить семидесятилетнего старика из леса. Под старым овчинным тулупом у печи лежало то, ради чего Пётр рисковал свободой. Если зверь издаст хоть звук — они оба обречены. Но тот не шевелился, словно понимая правила этой опасной игры. Когда шаги незваного гостя стихли, старик откинул тулуп. На него смотрели золотисто-жёлтые глаза...