Есть люди, чья личная трагедия становится национальным достоянием. Мы присваиваем их боль, канонизируем их страдания и, сами того не замечая, запираем их в клетку вечного траура. Константин Хабенский для миллионов россиян стал именно такой фигурой — символом абсолютной верности, «святым вдовцом», человеком, который положил все на алтарь спасения любимой, но проиграл бой со смертью. И когда спустя годы он посмел снова стать счастливым, общество вздрогнуло. Имеет ли право тот, кто стал живым памятником...