Вот вам монета из Месопотамии. Третий век нашей эры. Город Резена, римская провинция на границе с Парфией. Фронтир, который постоянно переходил из рук в руки. На реверсе — кентавр. Стрелец с луком. А рядом с ним — римское легионное знамя, вексиллум. Два символа на одной монете. Два мира. Строй и дисциплина римлян против мобильности и хаоса знаменитой парфянской кавалерии. Рим против пустыни. Интересное дело, самые мощные цивилизации — Персия, Рим, Китай, европейские королевства — одна за другой терпели от мобильных армий конных лучников...

С момента своего создания, кинематограф был, и остается площадкой для высказывания авторского мнения на очень широкую аудиторию. Неудивительно, что многие режиссеры и продюсеры использовали эту площадку для выражения своей антивоенной позиции. Мир кинематографа и мир войны будто находятся на абсолютно разных полюсах. С одной стороны лоск, имитация реальности, дорогие гонорары, машины и прочая атрибутика, с другой – кровь, окопная правда и жизнь, реальнее которой может быть только ее конец. Но стыковка этих двух противоположностей намного ближе, чем может показаться...